VIP-Интервью

Никита Корытин: Музей готов делиться с бизнесом репутационным капиталом

21 август 2014 (18:22)

Никита Корытин: Музей готов делиться с бизнесом репутационным капиталомНа вопросы ИАА «УралБизнесКонсалтинг» о будущем филиале Эрмитажа, а также государственной и частной поддержке музеев ответил директор Екатеринбургского музея изобразительных искусств Никита Корытин.

— Никита Николаевич, расскажите, пожалуйста, как Екатеринбургу удалось стать филиалом Эрмитажа?

— Нельзя сказать, что это получилось неожиданно. Во время Великой Отечественной войны в Екатеринбурге в здании № 11 на улице Вайнера хранилась коллекция Эрмитажа. Также здесь работали эвакуированные сотрудники, научный состав музея и реставраторы. То есть между двумя музеями есть определенная история, которую как-то и когда-то нужно было увековечить не только табличкой при входе. И вот года 1,5 назад начался разговор о расширении географии центров Эрмитажа, не ограничиваясь Выборгом, Казанью и Амстердамом. Хотели открыть еще два во Владивостоке и Омске. И здесь мы поняли: либо это наш шанс, либо мы останемся без представительства Эрмитажа в Екатеринбурге, так как дальнейшего расширения не планируется в ближайшие годы. В связи с этим мы начали активно лоббировать идею открытия филиала у нас в городе на всех уровнях, и наши действия были совершенно лояльно восприняты. От Эрмитажа мы уже много лет ощущаем на себе нечто вроде генетической благодарности за годы войны. Люди совершенно по-особому относятся к Екатеринбургу, не как к точке на карте, а как к месту, перед которым Эрмитаж в долгу.

— Наверняка вы не в одиночку продвигали идею филиала в Екатеринбурге...

— Разумеется, это стало возможным не только благодаря нашим усилиям, но и при поддержке администрации Екатеринбурга и правительства Свердловской области. Я считаю, что присутствие Эрмитажа в регионе — это новый вдох культурной жизни Урала.

— А что не так сейчас?

— С изобразительным искусством у нас в Екатеринбурге не так хорошо, как хотелось бы. У нас много театров, достаточно большое количество музыкальных площадок, хотя, говорят, нужно строить и большие концертные залы. А вот экспозиций именно изобразительного искусства не так много, и большую часть этой работы делает наш музей. При этом нам не хватает площадей и ресурсов. А сейчас, с открытием филиала Эрмитажа, появится дополнительная площадка. На первом этаже в данный момент хранятся наши фонды, и чтобы там разместить экспозиции Эрмитажа, мы смогли убедить администрацию города о необходимости приобретения нам благоустроенного здания во дворе музея. Туда фонды и переедут.

— Чего ждать в будущем горожанам?

— Эрмитаж планирует делать две выставки в год, и это хорошая регулярность, хотя, если честно, мы на такую периодичность сначала и не рассчитывали. Так как наше сотрудничество началось не вчера, а гораздо раньше, мы уже примерно представляем, что нужно сделать для того, чтобы экспозицию разместить, чтобы всем было удобно и комфортно. Сейчас мы готовим проект пространства под экспонаты Эрмитажа и рассчитываем, что в конце 2016 года первая выставка состоится. Средства на организацию выставок будут выделяться как из бюджета города, так и бюджета области, а в дальнейшем надеемся на то, что будут средства и из федеральной казны.

— Все мы знаем о трех видах финансирования искусства. Это господдержка, собственная финансовая деятельность, в виде продажи билетов главным образом, и, наконец, поддержка спонсоров. Как эти три потока распределены в вашем музее?

— Эрмитаж как музей зарабатывает порядка 30% от всей доли, за счет которой финансируется. Мы зарабатываем несколько меньше — 25-26%. Это продажа билетов и экскурсии. Остальное — финансирование за счет средств администрации города и выигранные гранты. Ну и спонсоры тоже. При этом мы стараемся, чтобы их средства не поступали на счета музея, а шли именно на то, что нам нужно — оборудование, услуги и так далее. Чтобы спонсоры сами рассчитались с подрядчиками за выполненные работы, будь то установка и изготовление витрины, затраты на рекламу и что-то другое, а мы бы к этому процессу отношения непосредственного не имели. Потому что если они попадают на наши счета, то потом возникают серьезные сложности с их тратой.

— Каков процент подобных поступлений?

— Стабильно порядка 10-15%. Они направляются на те нужды, которые мы не можем просить оплатить из бюджета. С бюджетом тоже приходится работать, как-то мотивировать учредителя тратить на тебя все больше и больше, что закономерно, так как мы с каждым годом сами зарабатываем все больше и больше из-за того, что растет посещаемость. Однако не за счет платных посетителей, а, наоборот, за счет льготных посещений, но в данном случае мы говорим о повышении лояльности и о популяризации музея. Идеальный же посетитель — это тот, кто платит 150 руб., полную стоимость билета.

— И как же вы работаете с учредителями и спонсорами?

— Это совместные проекты. К примеру, к 290-летию Екатеринбурга мы работали с администрацией города по созданию подарочного издания. В результате мы организовали съемку и создание текстов, положив за основу Каслинский павильон, а финансовую нагрузку взяли на себя городские власти. Такие решения гораздо лучше, чем просто выпрашивание денег. С другой стороны, в прошлом году у нас было несколько миллионов рублей доходов, которые пришли со стороны наших партнеров. Мы смогли купить микроавтобус, сделать ремонт. Меня устраивает формат, когда деньги тратятся на наши нужды, не попадая на наш счет.

— Как структурируется поток посетителей? Связан ли он с проведением ваших специальных выставок?

— Мы делаем два-три открытия в месяц. Такой темп удивляет столичные и зарубежные музеи, его поддерживать очень сложно. При этом у нас последние три года нет «проходных» проектов и по подготовке, и по визуальным свойствам. Мы вышли на уровень «крепких середняков», делающих несколько выдающихся проектов в год. Их так много, потому что у нас не туристический город, и люди, которые ходят в музей — это не случайные посетители: они спланировали свой визит, многие из них приходят достаточно регулярно. Мы работаем для горожанина, который каждый раз должен видеть что-то новое. Кроме того, мы стараемся осваивать ниши, которые считаются пограничными для многих других музеев. Допустим, год назад мы запустили проект «Фотолето»: каждое лето место на Вайнера три месяца мы отдаем под фотовыставки, которые еженедельно сопровождаются лекциями, мастер-классами и занятиями по фотографии. Если в прошлом году на мероприятия приходили по 5-10 человек, то сейчас — по 30-40 человек: это максимальное заполнение пространства. То есть проект набрал обороты, и мы уже планируем, что будет в 2015 году.

— То есть вы не боитесь, что горожане потеряют интерес?

— Чтобы избежать спада потока посетителей, который обычно следует за первыми выходными после открытия выставки, мы уже два года каждый проект сопровождаем программой. Она может включать авторские экскурсии, балы, лекции, занятия с детьми и так далее, все это анонсируется в социальных сетях. Поэтому, открывая выставку, мы уже знаем, что она будет сопровождаться 10-15 мероприятиями для привлечения зрителей разных категорий: мы работаем с разными нишами. Этот инструмент важен для нашей миссии популяризации изобразительного искусства, так как он позволяет более адресно говорить с аудиторией. Таким образом, работа с посетителем у нас ведется не просто через СМИ и продвижение открытия.

— Какие мероприятия последнего года или двух лет вызвали наибольший интерес у посетителей, какие вы сами выделили бы в плане сложности и интересности их организации?

— В 2013 году я бы отметил один проект, который назывался «Более чем художник», посвященный творчеству Денисова-Уральского. Для тех, кто связан с художественной сферой региона, это такая же фигура, как, например, Павел Бажов для литераторов. Это уральский Леонардо — человек, добившийся международного признания и занимавшийся продвижением искусства региона, но из-за смены власти окончивший жизнь в нищете. Мы хотели донести все богатство его наследия до посетителей, до города. Четыре месяца у нас стояла эта выставка, и к ней была подготовлена идеальная программа, включавшая все: от научной конференции до бала. Проект стал финалистом конкурса «Интермузей», в котором участвовали сотни музеев России, в номинации «Музей как центр регионального притяжения». В программе было множество акций, например, жителей ул. Денисова-Уральского пускали по льготной цене. И в рамках проекта хочется отметить еще одно самостоятельное важное событие — конкурс камнерезного и ювелирного творчества среди детей и подростков, для которого совместно с нашими партнерами — минерал-шоу — была сделана отдельная экспозиция.

— А что интересного можно ожидать в ближайший год из масштабных проектов?

— Среди проектов ближайшего будущего в первую очередь хочется отметить, что мы делаем самый масштабный проект в международной сфере изобразительного искусства, который называется Международный фестиваль меццо-тинто. Это уже третий фестиваль, в первых двух участвовало более 100 художников из 40 стран по всему земному шару: Аргентина, Канада, Новая Зеландия, Япония, Корея и др. И центр этого мероприятия — у нас в Екатеринбурге. Меццо-тинто — это очень редкая техника гравюры, и мы сделали нишевый проект для всех художников, а их всего около 400 в мире, которые этим занимаются. Фестиваль сейчас набирает обороты, и в 2015 году его ждет уже больше участников, и мы уже планируем договариваться с другими площадками, так как у себя нам не хватит места. Я считаю, что это имиджевое событие для региона, для музеев, это наше «любимое дитя», которое мы лелеем, и которое скоро станет самостоятельным. В России биеннале графических больше не осталось — есть только триеннале в Новосибирске, Уфе и Санкт-Петербурге. Этот проект откроется в «Ночь музеев» в мае 2015 года.

— Наши читатели в основном — это бизнес-сообщество. Что бы вы хотели им сказать?

— К сожалению, наш бизнес, особенно крупный, недооценивает возможность своего продвижения через культурные события, хотя весь мир эту возможность использует и ценит. У нас пропадает огромное количество красивейшего эстетичного материала, который можно использовать в целях развития, например, корпоративной культуры. Мы обращены лицом к крупному бизнесу и ждем, когда возникнет понимание. Допустим, 3-4 года назад мы бы не пошли к крупному бизнесу, так как у музея еще не было достаточной положительной репутации в городе. Сейчас же мы обладаем репутационным капиталом, которым можем поделиться. К нам ходит 150 тыс. человек в год — это люди, способные формировать мнение. Здесь можно проявлять свою социальную ответственность и быть уверенным, что твой логотип увидит множество людей, причем людей не случайных. В отличие от спортивных событий, где публика самая разная, музей посещают люди мыслящие, ответственные за интеллектуальную среду. Поэтому хочется призвать бизнес: давайте дружить, так как культурный пиар, продвижение через культурные события — это огромный ресурс, который в нашем городе вообще не работает.

Другие материалы по теме: