Евгения Якубовская: Карго будет зависеть от борьбы с контрабандой

На вопросы ИАА УрБК ответила директор ООО «Атриум Лоджистикс» Евгения Якубовская.

Российский рынок импорта постепенно движется в сторону более прозрачных поставок. Усиление контроля со стороны таможенных и налоговых органов, цифровизация, расширение применения системы «Честный знак», а также требования маркетплейсов и крупных заказчиков меняют привычные схемы работы импортеров. При этом официальный импорт не всегда оказывается дороже непрозрачных поставок, а для небольших селлеров новые требования могут стать серьезным барьером для работы. О тенденциях на рынке международных перевозок, изменении требований к импортерам и перспективах карго рассказала директор ООО «Атриум Лоджистикс» Евгения Якубовская.

— Часто говорят о переходе бизнеса на «белый» импорт. Это сейчас устойчивая тенденция или отдельные случаи?

— Безусловно, это устойчивая тенденция, обусловленная усилением цифровизации контролирующих органов. Таможенные и налоговые службы получили новые инструменты для отслеживания движения товара до конечного потребителя. Расширение системы маркировки «Честный знак», внедрение автоматизированного контроля (в частности, системы СПОТ), а также ужесточение требований к документальному сопровождению со стороны розничных сетей и электронных площадок — все это формирует устойчивый вектор на «обеление» импорта.

Особо значимой является система СПОТ, которая фактически блокирует каналы нелегального ввоза через автомобильные пункты пропуска на границе с ЕАЭС, где ранее активно использовались схемы ложного транзита без уплаты таможенных платежей. Кроме того, крупные торговые сети и маркетплейсы теперь требуют полный пакет разрешительной документации на каждую товарную партию, что делает серые схемы экономически нецелесообразными.

— Что представляет собой система СПОТ и почему она влияет на карго-поставки?

— С 1 июля текущего года введено обязательное оформление цифрового пропуска при пересечении таможенной границы автомобильным транспортом из стран ЕАЭС, через которые ранее осуществлялся основной объем нелегальных перевозок. Термин «карго» в профессиональной среде означает, по сути, серый, а зачастую — и контрабандный импорт. Система СПОТ, несмотря на отдельные технические сбои на начальном этапе, позволяет контролировать перемещение груза уже на стадии заказа товара за рубежом, что ликвидирует возможность фиктивного транзита и неуплаты пошлин.

— Как изменились требования маркетплейсов к продавцам?

— Маркетплейсы имеют право запрашивать у продавцов сертификаты соответствия или декларации о соответствии, исходя из классификации товара по коду ТН ВЭД. Для малых предпринимателей это становится критической проблемой: ранее они могли ввозить, например, детские игрушки по упрощенным схемам и реализовывать их через площадки без подтверждения качества. Теперь же площадка вправе потребовать официальный сертификат, стоимость оформления которого составляет от 150 до 200 тыс. рублей, а срок получения может занимать несколько месяцев. Для партии объемом до 500 тыс. рублей такие затраты составляют порядка 30% себестоимости, что делает легальный ввоз для мелких партий экономически нецелесообразным. Кроме того, использование сертификатов третьих лиц более не допускается — держателем разрешительной документации должен выступать непосредственно импортер, указанный в сертификате.

— То есть новые требования могут привести к укрупнению рынка?

— Да. Ранее мелкие селлеры могли пользоваться сертификатами крупных поставщиков, однако сейчас такая практика прекращается. Мы наблюдаем не только смещение акцентов в сторону легального импорта, но и постепенное вытеснение малых игроков: на рынке остаются преимущественно крупные импортеры, способные самостоятельно организовывать ввоз или прибегать к услугам профессиональных логистических операторов (в том числе нашей компании).

— Насколько вообще изменился рынок международных перевозок за последние пять лет?

За пять лет произошел значительный рост числа участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД), что связано с бурным развитием маркетплейсов. Если ранее импорт был прерогативой крупных компаний, то с приходом электронной коммерции увеличилась доля мелких селлеров. Параллельно усилился контроль и цифровизация: налажен обмен данными между российскими и китайскими таможенными органами, позволяющий проверять достоверность экспортных деклараций. Внедрение «Честного знака» также повысило финансовую нагрузку и прозрачность поставок. Кроме того, изменилась география импорта — из-за санкционных ограничений основные потоки переориентировались из Европы в Юго-Восточную Азию и государства ближнего зарубежья.

— Почему поставки с помощью карго в свое время получили такое широкое распространение?

— Во-первых, это связано с активным ростом малого и среднего бизнеса, который не располагал достаточными оборотными средствами для прямых контрактов с фабриками и не обладал необходимыми компетенциями для легального оформления ввоза (существует высокий порог входа). Во-вторых, с 2022 года возникли сложности с трансграничными платежами, что вынуждало предпринимателей использовать платежных агентов, удорожающих и удлиняющих расчеты. До внедрения СПОТ и усиления требований со стороны маркетплейсов и сетевых ритейлеров скорость и гибкость карго-доставки зачастую перевешивали преимущества официальных каналов, особенно для небольших объемов. Плюс, до введения системы СПОТ, до введения цифровизации на маркетплейсах, запросов на полные пакеты документов от крупных игроков рынка, таких как X5 Group и других торговых сетей, гибкость и скорость карго-доставки все-таки выигрывали по сравнению с белой доставкой, особенно на маленькие партии.

— Что стало главным фактором перехода на официальное оформление груза?

— Тут много факторов сложилось. Ключевым фактором стало комплексное ужесточение контроля. Государственная политика направлена на обеспечение полной прослеживаемости каждой товарной единицы от заказа за рубежом до конечного потребителя. Это позитивно сказывается на качестве продукции и снижает риск контрафакта для конечных покупателей, что является несомненным плюсом для рынка в целом.

— Какие изменения в законодательстве больше всего повлияли на рынок?

— Прежде всего, это внедрение системы «Честный знак» и изменения в валютном регулировании, включая ужесточение контроля за ВЭД-платежами (проверка SWIFT-кодов, подтверждение зачисления средств поставщику). Причем аналогичные меры применяются и со стороны Китая: усложнилась экспортная процедура, требуется четкое подтверждение соответствия поставки оплаченным товарам. Дополнительное влияние оказали корректировки ставок ввозных пошлин на отдельные категории товаров — требования становятся жестче для всех участников рынка.

— Насколько изменились требования банков, таможни и крупных заказчиков?

— Ранее крупнейшие маркетплейсы (Ozon, Wildberries, «Яндекс Маркет») не запрашивали таможенные декларации, однако теперь такой запрос может быть направлен выборочно, и непредоставление документации грозит блокировкой продавца. Государственные заказчики и крупные ритейлеры (в том числе, участники тендерных процедур) также требуют обязательного предоставления грузовых таможенных деклараций, что невозможно для товаров, ввезенных по серым схемам. На границе значительно усилился контроль маркировки и подлинности документов.

— Что сегодня проще для бизнеса — работать в белую или использовать непрозрачные схемы поставок?

— Нелегальные схемы всегда проще с организационной точки зрения, но сопряжены с высокими рисками: потеря товара и денежных средств при изъятии или конфискации, невозможность привлечь контрагента к ответственности. При грамотно организованном легальном импорте совокупные издержки могут оказаться даже ниже, а цепочка поставок становится полностью контролируемой и прогнозируемой. Мы, как профессиональный аутсорсинговый оператор ВЭД, обеспечиваем мониторинг каждого этапа — от перечисления средств поставщику до передачи товара на склад клиента в России. Временные рамки предсказуемы с точностью до 80%, что минимизирует неопределенность.

— Многие считают, что официальный импорт обязательно дороже. Так ли это?

— Нет, при правильной организации расчет себестоимости часто показывает, что легальный импорт оказывается выгоднее. Кроме того, платежи можно распределять во времени: сначала оплата товара, затем логистика и таможенное оформление. В условиях высокой стоимости капитала это дает существенную экономию, которая может достигать 30% по сравнению с серыми схемами. Однако для очень малых партий официальное оформление действительно экономически нецелесообразно, что создает конкурентное преимущество для крупных игроков, которые могут амортизировать затраты на сертификацию, брокерские услуги и банковские переводы на значительный объем товара.

— Можно ли говорить, что сейчас бизнес выбирает не меньшую цену и не максимальную гибкость, а предсказуемость?

— Безусловно. Практика показывает, что случаи блокировки счетов, изъятия товаров и приостановки работы на маркетплейсах становятся все более частыми. Возврата к прежним подходам не будет, и рынок необратимо движется в сторону легализации.

— Какие компании сейчас переходят на официальный импорт — крупные производители, малый бизнес, селлеры?

— Переход происходит у всех сегментов, но с разной скоростью. Крупные ритейлеры и производители давно работают по легальным схемам, хотя ранее они могли приобретать продукцию у дистрибьюторов, ввозивших товар серыми методами. Однако теперь и розничные сети требуют полный пакет документов, что автоматически отсекает поставщиков, использующих нелегальные каналы.

— Как в этих условиях чувствует себя малый бизнес?

— Мы наблюдаем обратную тенденцию по сравнению с периодом роста: мелкие и средние участники ВЭД постепенно уходят с рынка из-за увеличения регуляторной нагрузки, требований маркетплейсов, системы СПОТ и «Честного знака».

— Насколько вырос спрос на прямую работу с поставщиками и фабриками вместо работы через посредников?

— Спрос увеличился значительно — по нашей оценке, на 60–70%. Многие предприниматели, ранее работавшие с рентабельностью около 10% через российских дистрибьюторов, стремятся исключить посредников, поскольку прямой выход на китайские фабрики позволяет повысить маржинальность минимум в полтора раза.

— Насколько важным сегодня становится полный пакет документов на товар еще до его отправки?

— Это всегда было обязательным условием для легального импорта. Оформление документов должно начинаться на этапе согласования условий и расчетов с поставщиком — до фактической оплаты. Ошибки в документации влекут крупные штрафы, поэтому проверка проводится многократно. Хотя человеческий фактор и сбои в коммуникации с иностранными партнерами не исключены, компетентные компании (такой, как наша) способны эффективно выявлять и исправлять такие ошибки.

— Как часто возникают ошибки и насколько сложно их исправлять?

— Существует человеческий фактор, существует все равно какой-то дисконнект иногда с иностранными поставщиками. Ошибки, конечно же, бывают. Вопрос в том, как к этим ошибкам относиться. Вопрос компетентности персонала, который эти ошибки способен решить, исправить.

Компании, у которых огромный опыт, такие как наша, конечно же, тоже допускают ошибки, ну и с таким же успехом их решают.

— Можно ли говорить о том, что эпоха карго уходит в прошлое? Сегмент вообще сохраняется?

— Тенденция к сокращению нелегальных поставок очевидна, однако полное исчезновение сегмента произойдет не в ближайшей перспективе. Сохраняется потребительский спрос на товары низкого ценового сегмента, и пока он существует, будут возникать новые каналы ввоза. Прогнозировать дальнейшую судьбу «карго» сложно — она будет зависеть от государственной политики в области таможенного контроля и борьбы с контрабандой.

— Есть ли тенденции на рынке, которые российские импортеры сегодня недооценивают?

— Недооценка скорости адаптации регулирования — одна из главных ошибок. Когда вводился «Честный знак», многие относились к этому как к отдаленной перспективе, однако сейчас они сталкиваются с необходимостью срочного решения проблем. Также недооценивается рост стоимости нелегальных поставок — постепенное удорожание, подобно «эффекту лягушки в кипятке», может сделать ранее прибыльный бизнес убыточным без должного своевременного реагирования.

— Насколько сейчас импортеры гибки к изменениям?

— Гибкость снизилась, поскольку нарушения законодательства становятся все более рискованными. Предприниматели предпочитают стабильность и соблюдение норм, фокусируясь не на получении сверхприбылей, а на сохранении бизнеса и репутации, избегая штрафов и претензий со стороны налоговых и таможенных органов. Сегодня стратегия выживания доминирует над рискованными экспериментами.